?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: путешествия

Открылся магазинчик азиатской бытовой химии. Все витринное окно занимает плакат: стиральный порошок, детские подгузнички, средство для чистки ванн и прочие сокровища восточноазиатской легкой промышленности. И надпись под всем этим... ВСЕ ТАЙНЫ АЗИИ. Вот оно что, ребята))

Громкоговоритель вещает над головой:
- Любителям азиатской экзотики понравится в нашем новом кафе "Порт-Артур"...!
Да уж да. В Порт-Артуре азиатской экзотики наши напробовались по самое не могу, с мрачным весельем думаю, пробегая мимо.

В аптеку заходит южного вида мальчик с ресницами-нет-длинней и спрашивает (без акцента):
- У вас есть ОСКОРБИТЕЛЬНАЯ кислота?
- Конечно, - отвечает приветливая девочка-провизор. - Вам сколько?
И оскорбительная кислота у них есть, думаю я, сгребая покупки в рюкзачок, и, может быть, возмутительные таблетки, а это часом не "Аптека "Голубые шары"?

В ларьке, где торгуют фруктами-овощами лежат на прилавке румяные яблочки. На ценнике криво написано: "МОРГЕНДУФТ". Женщина подходит, недоверчиво читает вслух:
- Мор... моргендуфт. Придумают же.
У нее явно какие-то не те ассоциации вызывает это название.
- Хотите, переведу? - говорю ей. - Это означает "утренний аромат". На немецком.
- Придумают же, - с непреклонным возмущением повторяет она и уходит. Черноглазый продавец с живым интересом переспрашивает, подавая мне пакет с покупками:
- Как? Как называется?
- Утренний аромат, - смеюсь я. - И я бы так и писала на ценнике!
Не знаю, учтет ли он мой совет.

Осенние бабочки

Просто осенние бабочки сегодняшнего дня.

IMG_057211

IMG_055311

IMG_055811 IMG_0567_cr
IMG_053511

Я их очень люблю, и люблю, когда они на меня садятся. Сейчас они осенние, усталые, греются на солнышке, и им совершенно пофиг на то, что ты их гладишь. Совершенно безвредные создания, которые и нужны-то, чтобы росли новые цветы.

И вот эти... милые... хоботники. Пушистики! С хоботками!

IMG_0576_cr

Там под катом еще пушистики. Я просто не могла выбрать.Collapse )
...чтобы она стала еще непонятней.

Здесь ветер. Вольный воздух, после него в Москве чувство, что дышишь через пыльную теплую тряпку. Здесь люди - понятней, лица - роднее. Владивостокские лица-то, вперемешку с каким-то совсем уж северными, прозрачными. Очень много красивых - и парней, и девушек. Больше полосатых носков и джинсы, меньше чулков сеточкой. Но. Я такой разрухи, адской, неописуемой, нигде больше не видела. Питер - это Европа после Апокалипсиса. Пахнет то морем, то канализацией, в подворотни страшно заглядывать, лепнина на головы осыпается. Это умирающий город. Просто умирает он красиво. И не умрет никогда. Мама эту красоту называет летаргической. Она Питер любит. Он для нее Ленинград.

А так - да, простор, ветер, синева реки, морской ее голос, детские голоса чаек, мокрый гранит, грифоны с облупленными боками и золотыми крыльями... Когда здесь солнце, это праздничный город. Выходишь к большой воде - и питерская разруха остается за кормой, забывается начисто. Сплошной праздник с чайками и теплоходиками, и какой-то идиот ныряет в грязную Неву с гранитного шарика, а другой идиот, куда более мирополезный, в смысле - миру полезный, зачерпывает стаканчиком из Невы у сфинксов и садится рисовать гуашью, причем неумелый эскиз у него сделан густым ультрамарином. Ощущение - как от картины, которая попалась мне когда-то в альбоме с советскими акварелями. Сегодня откопала этот альбом - картина входит в цикл "Белые ночи". Вид из окна на какие-то крыши, свет и воздух вечерний. Вот это я тогда, у сфинксов, и увидела. Из незапамятных времен каких-то свет, то ли моих, то ли твоих, то ли чьих-то еще. И последняя позеленевшая ступенька залита плещущей певучей водой. Вот за это и любят Питер, я так понимаю. Я видела множество людей, очарованных Питером. Питером хипстерским, Питером депрессивным, Питером музейным... "Лучший город на земле!" Не припомню, чтобы так отзывались о Москве, и понятно почему. Но это Москва - другая планета, не Питер. Питер понятен. Не требует привыкания - и не вызывает привыкания...

Мы, как примерные туристы, поднимались на Исаакиевский собор. Снизу я на него посмотрела и не прониклась - высота-то там не ах. Сверху оказалось - город распахивается весь, до самых новостроек, которые маячат на горизонте. Эти крыши прекрасно смотрелись бы ясным утречком после снежной ночи. До сих пор удивляюсь, кто же это зовет Питер монументальным и величественным? Он обшарпанный, уютный, готишный, маргинальный и культурный. Видели на свеженькой штукатурке старого дома над Мойкой надпись: ПРОВИНЦИЯ ОТДЫХАЕМ. Вот по сравнению с этими отдыхающими любой питерский ханурик культурным покажется. Но уж там, где Питер маргинален, он маргинален так, что Владивосток отдыхает. Обводный канал вот феерически уныл. Это гетто какое-то, причем европейское, только негров не хватает. А граффити и мусор на месте, как и старинная архитектура. Вот что бывает, когда заселяешь центр города коммуналками.

Ну и о важном. Финский залив. По дороге в Кронштадт я впервые увидела это морюшко, которое чаще всего именуют лужей. Особенно дальневосточники. У Невы морской голос - у этого моря озерная тишина. Светлая вода, словно бы речная, но уходящая к горизонту, островки с рыжими кирпичными остатками укреплений, трава, вбегающая по пояс в море... И леса в пригороде - менее васнецовские, чем под Москвой, более калевальные. О Финляндии сразу думаешь. О Севере в целом - проезжая дощатую голубенькую церковь святого Петра в сосенках. А вот когда мы увидели залив со стороны Приморского, я поняла, что эта лужа не так проста. Ветер душу выдувает, прибой - вполне морской, песок темный, щепки, отполированные волнами, серебро солнца, лайнеры и высотки на горизонте... Вода между тем - как у нас сразу после взлома льда. Не в смысле температуры, а в смысле живности. Не цветет. Крабов и морских звезд нет. Зимняя вода, синяя и серебряная, зимний свет, мягкий и режущий одновременно, зимний ветер и летнее тепло в сердцевине холода. Странное чувство - будто на пригреваемое солнцем крылечко выскочил зимой в одном свитере. А местные ничего. В маечках по прибою бегают.

Сами эти спальные районы... Ну. Не Братиславская. Нету здесь армии таджиков, которые подберут каждую бумажку. Нет московской стерильности. И дома какие-то крейсерные, суровые. Веет владивостокским тоскливым хаосом и радостью жить на краю света. Очень знакомое чувство. Только вот будет ли оно так же веселить сердце без нашей тропической ленивой яркости? Север все-таки. Тут почти как дома. Почти. Потому что как дома не будет нигде. Слишком уж мы уникальны - тропики-севера, взболтанные в единый коктейль, море, выбрасывающее на берег тропических медуз летом и смерзающееся в снежную равнину зимой.

Питер - это нуар в пастельных тонах, я же - человек не акварельный. И нет, это не любовь с первого взгляда. Это просто Питер. Город такой.

Tags

Powered by LiveJournal.com