?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: архитектура

Этой осенью я дважды оказывалась на Красной площади. Вот стою, куранты слушаю. Смотрю, как ночной ветер треплет бесцеременную травушку-муравушку, которая растет себе на крыше центральной колокольни храма Василия Блаженного. И думаю: а ведь в середку не башня просится, а еще одна луковка, побольше. Наверное, должен существовать храм такой планировки? Много их на Святой Руси. Окей, Гугл...

Эффект Манделы - это когда Пете с Машей кажется, что на этом углу магазин спорттоваров стоял, а Вася и Катя убежденно доказывают, что булочная. И все участники дискуссии уверены, что они не склеротики. Назван эффект в сомнительную честь Нельсона Манделы. Однажды толпа народу заспорила, умер он в 20-м веке, в тюрьме, гордым борцом с режимом... или прожил долгую жизнь и умер в веке 21-м. Второе. Но многие упорствовали в своем заблуждении с завидным единодушием. С тех пор коллективный обман памяти так и называют. Гугл поведал, что кто-то собирает вот эти массовые обманки-нескладушки, классифицирует их, языками чешет, выдвигает безумные идеи - от Матрицы и параллельных миров до гольной конспирологии... аж сленг выработался. "Отманделиться". При чем тут храм Василия Блаженного? А он входит в число популярных обманок. Именно купол вместо башенки норовит ему приляпать коллективное бессознательное. Я даже знаю, почему. Потому что с куполом-луковкой храм бы смотрелся одновременно проще (а мозг любит упрощения) и, на усредненный человеческий вкус, симпатичней. Как сказочный тортик.

Память массово дает сбой на логотипах (а кто их когда внимательно разглядывал?). На фразах из песен и фильмов (они в народ идут в обтесанном для бесконтекстного употребления виде). На географических фактах (в школе лучше учиться надо было!). На деталях общеизвестных шедевров. Кто-то не помнит копий у ангелов рублевской Троицы (были), кто-то уверяет, что цветочки вокруг ботичеллевской Венеры не порхали (порхали). Видно, насколько одинаково заточены у хомо сапиенс мозги - не только на логичные простые факты, но и на гармоничные простые формы, на доводку до "радует глаз".

Я в детстве провела не один вечер, листая художественные альбомы - целая полка их дома была. И Ботичелли от Рафаэля годам к десяти прекрасно отличала, равно как и Рублева от Дионисия. Я могу не помнить, где в точности находится Суматра. И сколько ног должно быть у скорпиона, тоже, знаете... на Библии не поклянусь. Вроде восемь. А всегда ли был у египетского Сфинкса хвост? Да Осирис его знает. В детстве на фото ни разу не видела, взрослой наткнулась на кадр с другого ракурса: есть, длинный такой, котячий... Но попасться на хрестоматийной скульптуре - такого я от себя не ожидала. Вот скажите, спросил какой-то искатель тайн, только не заглядывая под кат... роденовский Мыслитель сидит, подперев кулаком лоб или подбородок? А повторим эксперимент. Вот кат.Collapse ) Ну как, угадали? И вообще - знаком эффект?

P.S. Когда устанете недоумевать, сходите на сайт магазина, торгующего копиями скульптур, и сравните фото и его описание. Вам понравится))

Tags:

...чтобы она стала еще непонятней.

Здесь ветер. Вольный воздух, после него в Москве чувство, что дышишь через пыльную теплую тряпку. Здесь люди - понятней, лица - роднее. Владивостокские лица-то, вперемешку с каким-то совсем уж северными, прозрачными. Очень много красивых - и парней, и девушек. Больше полосатых носков и джинсы, меньше чулков сеточкой. Но. Я такой разрухи, адской, неописуемой, нигде больше не видела. Питер - это Европа после Апокалипсиса. Пахнет то морем, то канализацией, в подворотни страшно заглядывать, лепнина на головы осыпается. Это умирающий город. Просто умирает он красиво. И не умрет никогда. Мама эту красоту называет летаргической. Она Питер любит. Он для нее Ленинград.

А так - да, простор, ветер, синева реки, морской ее голос, детские голоса чаек, мокрый гранит, грифоны с облупленными боками и золотыми крыльями... Когда здесь солнце, это праздничный город. Выходишь к большой воде - и питерская разруха остается за кормой, забывается начисто. Сплошной праздник с чайками и теплоходиками, и какой-то идиот ныряет в грязную Неву с гранитного шарика, а другой идиот, куда более мирополезный, в смысле - миру полезный, зачерпывает стаканчиком из Невы у сфинксов и садится рисовать гуашью, причем неумелый эскиз у него сделан густым ультрамарином. Ощущение - как от картины, которая попалась мне когда-то в альбоме с советскими акварелями. Сегодня откопала этот альбом - картина входит в цикл "Белые ночи". Вид из окна на какие-то крыши, свет и воздух вечерний. Вот это я тогда, у сфинксов, и увидела. Из незапамятных времен каких-то свет, то ли моих, то ли твоих, то ли чьих-то еще. И последняя позеленевшая ступенька залита плещущей певучей водой. Вот за это и любят Питер, я так понимаю. Я видела множество людей, очарованных Питером. Питером хипстерским, Питером депрессивным, Питером музейным... "Лучший город на земле!" Не припомню, чтобы так отзывались о Москве, и понятно почему. Но это Москва - другая планета, не Питер. Питер понятен. Не требует привыкания - и не вызывает привыкания...

Мы, как примерные туристы, поднимались на Исаакиевский собор. Снизу я на него посмотрела и не прониклась - высота-то там не ах. Сверху оказалось - город распахивается весь, до самых новостроек, которые маячат на горизонте. Эти крыши прекрасно смотрелись бы ясным утречком после снежной ночи. До сих пор удивляюсь, кто же это зовет Питер монументальным и величественным? Он обшарпанный, уютный, готишный, маргинальный и культурный. Видели на свеженькой штукатурке старого дома над Мойкой надпись: ПРОВИНЦИЯ ОТДЫХАЕМ. Вот по сравнению с этими отдыхающими любой питерский ханурик культурным покажется. Но уж там, где Питер маргинален, он маргинален так, что Владивосток отдыхает. Обводный канал вот феерически уныл. Это гетто какое-то, причем европейское, только негров не хватает. А граффити и мусор на месте, как и старинная архитектура. Вот что бывает, когда заселяешь центр города коммуналками.

Ну и о важном. Финский залив. По дороге в Кронштадт я впервые увидела это морюшко, которое чаще всего именуют лужей. Особенно дальневосточники. У Невы морской голос - у этого моря озерная тишина. Светлая вода, словно бы речная, но уходящая к горизонту, островки с рыжими кирпичными остатками укреплений, трава, вбегающая по пояс в море... И леса в пригороде - менее васнецовские, чем под Москвой, более калевальные. О Финляндии сразу думаешь. О Севере в целом - проезжая дощатую голубенькую церковь святого Петра в сосенках. А вот когда мы увидели залив со стороны Приморского, я поняла, что эта лужа не так проста. Ветер душу выдувает, прибой - вполне морской, песок темный, щепки, отполированные волнами, серебро солнца, лайнеры и высотки на горизонте... Вода между тем - как у нас сразу после взлома льда. Не в смысле температуры, а в смысле живности. Не цветет. Крабов и морских звезд нет. Зимняя вода, синяя и серебряная, зимний свет, мягкий и режущий одновременно, зимний ветер и летнее тепло в сердцевине холода. Странное чувство - будто на пригреваемое солнцем крылечко выскочил зимой в одном свитере. А местные ничего. В маечках по прибою бегают.

Сами эти спальные районы... Ну. Не Братиславская. Нету здесь армии таджиков, которые подберут каждую бумажку. Нет московской стерильности. И дома какие-то крейсерные, суровые. Веет владивостокским тоскливым хаосом и радостью жить на краю света. Очень знакомое чувство. Только вот будет ли оно так же веселить сердце без нашей тропической ленивой яркости? Север все-таки. Тут почти как дома. Почти. Потому что как дома не будет нигде. Слишком уж мы уникальны - тропики-севера, взболтанные в единый коктейль, море, выбрасывающее на берег тропических медуз летом и смерзающееся в снежную равнину зимой.

Питер - это нуар в пастельных тонах, я же - человек не акварельный. И нет, это не любовь с первого взгляда. Это просто Питер. Город такой.

Tags

Powered by LiveJournal.com